Клубника со сливками [СИ] - Ф. Н. Шемелин

— Предупреждать же надо. Что это было?

— Моя способность. Одна из многих, пространственный контроль…

Я превратился в рыжего кота и запрыгнул на плечо к масаки. Она удивлённо ойкнула и погладила меня по голове:

— Ну и куда мне идти?

— Я внедрил в твою душу силы шинигами, не меньшие, чем у меня самого. Прислушайся к ощущению реяцу и ты увидишь…

Масаки прикрыла глаза и через секунду открыла их:

— Я чувствую! А ты был прав, котик, — она ухмыльнулась, — только по-моему, это слишком жестокий розыгрыш.

— Это не розыгрыш, после всего, что я проделал, чтобы вернуть тебя к жизни — я заслужил немного повеселиться, посмотрев на их рожи, — я лёг на плечо и свесил лапки, попутно разглядывая окрестности. Кладбище. А вот и Иссин, стоит и курит… Ну же, ну же, где там мой фотоаппарат? Работает… понеслась. Масаки приблизилась к ним сзади так тихо, что Иссин и сёстры даже не обернулись. Иссин картинно восклицал:

— Как же нам без тебя, Масаки-тян!

— Ну и как вам без меня? — спросила Масаки, подойдя со мной на плече сзади.

Иссин, кажется, чуть не обделался и медленно так повернулся. О, да, этот взгляд вечно придуривающегося старика я запомню на все свои девять кошачьих жизней! У него глаза на выкате, рот открылся и он шагнул назад, запнулся и сел прямо на могильную плиту — словно призрака увидел. Про сестёр я вообще молчу — обе чуть не описались от удивления и сейчас пятились от нас… А Папаня, ткнув пальцем в маманю, сглотнул:

— Но… но… ведь ты…

— И задницу убрал, между прочим, моя могила! — строго сказала Масаки и схватив его за руку, подняла. Иссин едва мог стоять на ногах, а потом посмотрел на меня. Рыжая наглая и улыбающаяся морда кота… я понял, что мне пора тикать…

— Извини, но похоже у вас тут семейная встреча? — я перепрыгнул с плеча Масаки на надгробие, — ай, а вы две, чего уставились? Обнимите мамочку.

Сёстры таки выполнили недвусмысленный приказ и бросились к Масаки обниматься, вместе с Иссином. Втроём они её чуть не удушили, было бы забавно во второй раз воскрешать после бурного приветствия.

Иссин, отстранившись, поцеловал свою жену и только после долгого поцелуя, пока сёстры раскрасневшись, отвернулись, спросил её:

— Дорогая… но как?

— Не знаю, — она обнимая его потрепала по волосам, — помню, меня ударил пустой, а потом просыпаюсь в какой-то лаборатории… и там этот рыжий невежливый парень мне вопросы задаёт, — она ткнула пальцем в меня.

Иссин и сёстры уставились на меня. Я же улыбнулся по-чеширски и склонил голову набок:

— Просто я извлёк её душу из пустого и поместил в новое тело. Это было невероятно сложно, но всё получилось, благодаря моему открытию относительно механизма перерождения и духовного баланса… — я поднял лапку.

— К… — Юзу отступила на шаг, — он разговаривает!

— Какая разница, — флегматично сказала Карин, — духи тебя не удивляют, а говорящий кот?

— Но это же кошка! — Юзу взмахнула руками.

— Попрошу без инсинуаций! — я даже вздыбился немного, — я кот! Самый настоящий, усы, лапы и хвост — вот! — я помахал перед ними лапкой.

Отец набросился на меня с вопросами:

— Но разве можно извлечь съеденную душу?

— Да, — кивнул я, облизнувшись, — душа интегрируется в душу пустого, становясь единой, более сильной личностью, только в момент уничтожения пустого. Стрелами квинси или занпакто — не суть важно, главное — разрушить оболочку из рейши. А поскольку та гадость, что напала на нас, была жива… что ж, я нашёл её, отловил и вытащил душу, вернув её в тело, — я продемонстрировал приём аля-МакГонагалл — прыжок с превращением в человека. Более того, тут же призвал своё тело из подпространства и приземлился уже в виде человека, — вот примерно как-то так. Наверное, тебе стоит поблагодарить Урахару за то, что он позаимствовал мне своё научное оборудование и многому научил…

Отец округлил глаза:

— Т… ты…

— Ага.

Масаки явно начала меня узнавать.

— Ичиго? — спросила она?

Стоило мне повернуться, я был взят в железный захват и задушен двумя немаленькими буферами…

5. Новый Женский Персонаж

Сегодня был походу не только день смерти мамы, но и день рождения, второй уже. Поэтому я не пожалел денег и дома процессию встречал стол, пришлось расщедриться на тридцать тысяч зелёных, чтобы накрыть большой стол и транспарант «добро пожаловать в реальный мир, Масаки!». Юмор она не оценила — ведь она была убита в девяносто шестом, и десять лет отсутствовала, а сейчас снова шестой год. Масаки была растрогана до глубины души, ну а я, поцеловав маму в щёчку, свалил из дома, поскольку телячьи нежности не люблю и вообще, поговорим вечером. Вместо себя оставил копию, которая была один в один мною, вернее, частью моей души и слепком разума, помещённым в тело. Я покинул их и в прекрасном расположении духа пошёл в лавку Урахары. Урахара был приглашён на праздник, поэтому когда я пришёл, заметил только уставшую Рукию, которая сидела на крыльце магазина.

— О, Куросаки-сан! — Рукия подскочила, — Куросаки-сан, вас искал Тессай-сан.

— Окей, — я прошёл мимо неё, — кстати, что-то ты выглядишь загнанной… может быть, тебе нужна помощь в работе?

— Нет! — Рукия явно нуждалась в помощи, однако, гордость женская, умирать будет, а не признается. Я только махнул рукой и развернулся:

— Сегодня дежурю я. Иди выспись как следует, — я достал шоколадку из подпространства и напитал её духовными частицами, — и скушай, тебе полезно!

Рукия взяла шоколадку и сдержанно поблагодарила, слегка порозовев. Ну а я — побежал по направлению пустого, который появился неподалёку. Чёрт побери, это было интересно. После недели боя с Урахарой мои навыки достигли уровня капитана, причём, как в кидо, так и в зандзюцу. Мечом махать я умел. Прошла секунда — и я уже стою перед пустым. Огромной собакоподобной тварью. Он оскалился, я тоже. Пустой прыгнул на меня, но я был быстрее — поднырнул под него и ударом ноги отправил в полёт. Тварь перевернулась и встала на лапы, тут же став осторожнее. Пустой оскалился и зарычал, я взялся за рукоять занпакто… ещё один бросок и Зангецу разрезал его как тунца — вдоль хребта, ровненько так, вместе с маской. Тварь истлела. Следующий?

Следующий был далеко, так что я, грустно вздохнув, ушёл в сюнпо и побежал в нужном направлении. Бег продлился минуту, слишком уж извилистый маршрут… и вот он, пустой, который